Я затеряюсь средь могил, Весь обойду погост. За мною из последних сил, Увяжется бездомный пёс.

Он будет не спеша плестись, Виляя преданно хвостом, Под жарким солнцем не спастись, Среди надгробий и крестов.

Я надписи начну читать, В конце пути затосковав. Решу прилечь и помечтать, Среди колючих, горьких трав.

А надо мною облака, Такая тишина окрест, Кусочек хлеба и стакан, И одинокий, чей то крест.

Вот от креста упала тень, Сползла тихонько на лицо. Мне снилась мама и сирень, И батин голос с хрипотцой.

Струился уходящий зной, На поржавевшие оградки. Вдруг, мамы нежная ладонь, Легла на лоб ко мне украдкой.

Ты, как всегда была права, Хлеб одиночества так горек. Я слушал, как росла трава, И жаворонок пел на воле.

Я был сегодня на погосте, В день поминальный всех святых. Ходил к друзьям покойным в гости, Их нет давно среди живых.

Там всё застыло на века, И лишь вечерние цикады. Звенят, манят, но я пока, По эту сторону ограды.

Я в сумерках нашёл дорогу, Остался за спиной погост. Хромая шёл, на одну ногу, Судьбой, за мною старый пёс.

Что я искал среди могил, Себе, я задаю вопрос. Здесь все, кого я так любил, Лежат среди крестов и звёзд.