Сын, если ты спросишь, каково любить — я скажу: «Не увлекайся».

Разбился так, что почти насмерть, вновь закурил.

Я смотрел в её глаза — и в них горел наш общий мир.

Сын, если ты спросишь, каково любить — я скажу: «Не увлекайся».

Разбился так, что почти насмерть, вновь закурил.

Я смотрел в её глаза — и в них горел наш общий мир.

Это холодный день, холодный чай, холодная ты и не больше.

Как знаешь, как узнать, живёт ли любовь в этом каменном сердце?

Этот город довёл тебя тоже, ты плачешь, я тоже уже не сплю.

И хуже только между нами, невнятные фразы по типу «люблю».

Этот страх — трогать твоё лицо, что укутано слезами.

Эти мысли дают крики, эти мысли делают меня слабее.

А что, если больше не веришь?

А что, если больше не любишь?

А что, если завтра после твоих писем выйду вперёд ногами?

Этот страх чего‑то большего…