Жил парнишка на краю Москвы, может быть, такой, как я и ты, может меньше чуть в плечах, а может шире не в речах. Полюбил он девушку одну и привез ее в Антоновку, а девчонка та беременна была.

Погаснет свет, по распорядку на озон идёт малыш, его прозвали цыганом, он стал белей и вдруг уехал в Белебей, а Белебей из окна кричат: «Налей».

Но тут беда, та девушка его же предала, цыган малыш теперь не верит в любовь, цыган малыш теперь бухает каждый день.

Погаснет свет, по распорядку на озон идёт малыш, его прозвали цыганом, он стал белей и вдруг уехал в Белебей, а Белебей из окна кричат: «Налей»