Иерей Максим выходит к пастве не для громких речей —

Он знает: важнее тихий свет у алтарных огней.

В его слове — не сила приказа, а тёплая, тихая сила,

Что лечит уставшие души, как лечит рассвет всё, что было.

Он помнит, как шепчет ветер над старыми крышами села,

Как время ложится слоями — как в камне следы окаменелых тел.

Он слушает боль и надежду, не пряча усталых глаз,

И верит: хоть мир и суров, но свет не уйдёт от нас.

К нему приходят с тревогой, с надеждой, с простой бедой,

С тяжёлым узлом вопросов, что давит холодной тоской.

А он отвечает не мудростью книжной, а сердцем простым:

«Держись. Мы помолимся вместе. Пусть станет чуть легче, родным».

И после, когда затихает в храме последний, тихий звон,

Он смотрит на звёзды, что светят сквозь ветреный, долгий сон.

И шепчет про себя: «Господи, дай им силы пройти,

Чтоб в каждом рассвете они находили свой тихий путь».