Интро: (Голос звучит глухо, через старый микрофон) Время — самый честный ревизор. Оно не берет взяток. Оно просто стирает города... Оставляя только голоса. Слушай...

(Куплет 1) Чернила на пальцах, старая тетрадь в клетку, Я снова прокручиваю эту кинопленку. Двор на Юго-Западе, скрипят качели, Мы тогда так многому поверить не успели. Пацаны постарше учили жизни у подъезда, В их словах была суровая поэзия протеста. Первая любовь, сгоревшая дотла, Зола воспоминаний, пепел и зола. Я смотрю на фото, где нам по семнадцать, Пытаюсь до тех лиц губами достучаться. Но время тянет вниз бетонные якоря, Всё было точно зря? Нет, всё было не зря. Память режет кадр острее бритвы Оккама, Жизнь пишет наши судьбы поверх этого экрана.

(Предприпев) И если небеса когда-нибудь откроют двери, Я знаю, там не будет лжи и лицемерья. Там будут те же лица, тот же детский смех... Мы все уйдем туда, один за всех.

(Припев) Круговорот людей, вечная «Сансара», От детского двора до перегонов Рая и Ада. Отец становится дедом, сын надевает пиджак, Каждый наш неверный шаг — это новый маяк. Мы вылетаем из гнезд навстречу ветру, Чтобы оставить тень на этом километре. Замыкается круг, гаснет свет в прихожей, На нас становимся мы сами не похожи. Но пока бьется пульс под старой кожей — Мы живы, слышишь? Мы всё еще можем.

(Куплет 2) Теперь мой дом полон детских голосов, Я сам себе построил этот тихий кров. Учить ходить того, кто бегал под ногами, Ценить тепло семьи простыми словами. Смотрю на сына — вижу в нем отца, Замкнутый контур, без начала и конца. Те же жесты, та же ямочка на щеке, Судьба рисует линии на мокром песке. Я раньше думал, что бессмертен и летит земля, А оказалось, главный компас — это сыновья. Они продолжат путь, когда погаснет рампа, Такая вот простая жизненная мантра. Строим стены выше, покупаем тишину, Искупая перед будущим свою вину.

(Предприпев) И если небеса когда-нибудь откроют двери, Я знаю, там не будет лжи и лицемерья. Там будут те же лица, тот же детский смех... Мы все уйдем туда, один за всех.

(Припев) Круговорот людей, вечная «Сансара», От детского двора до перегонов Рая и Ада. Отец становится дедом, сын надевает пиджак, Каждый наш неверный шаг — это новый маяк. Мы вылетаем из гнезд навстречу ветру, Чтобы оставить тень на этом километре. Замыкается круг, гаснет свет в прихожей, На нас становимся мы сами не похожи. Но пока бьется пульс под старой кожей — Мы живы, слышишь? Мы всё еще можем.

(Бридж) (Фортепиано остается одно. Голос становится тише, почти шепотом) Не бойся смотреть назад, чтобы идти вперед. Тот мальчик во дворе... он всё еще во мне живет. Он держит меня за руку на этом вираже. Спасибо, жизнь. За боль. И за рай в душе.

(Аутро) (Бит полностью исчезает. Остается только эхо одного аккорда) Сансара... Она не спрашивает имен. Просто провожает каждого домой. Где бы ни был этот дом...