Я помню запах старой древесины и пыли,

И как в детстве среди шестерёнок и лент

Мы с мамой и папой вещи лечили,

Даруя им новый, тихий момент.

Здесь каждая трещина — чья-то история,

Каждый скол — как строчка в забытом письме.

Я знаю: не всё, что сломано, горестно,

Бывает, что боль живёт в самой вещи извне.

Не выбрасывай старое — в нём есть душа,

Даже если мир кричит, что пора забыть.

Я слышу, как шепчут часы, не спеша,

Как шкатулка пытается мелодию сохранить.

Пусть я не умею кричать и спорить в ответ,

Но если решила — пути назад уже нет.

Когда родители звали в дорогу,

Я стояла, сжимая фартук в руках.

Не потому, что не любила их строго,

А потому, что не могла бросить этот дом, этот страх.