В пустыне чахлой и скупой,

На почве, зноем раскалённой,

Анчар, как грозный часовой,

Стоит — один во всей вселенной.

Природа жаждущих степей

Его в день гнева породила,

И зелень мёртвую ветвей

И корни ядом напоила.

Яд каплет сквозь его кору,

К полудню растопясь от зною,

И застывает ввечеру

Густой прозрачною смолою.

К нему и птица не летит,

И тигр нейдёт: лишь вихорь чёрный

На древо смерти набежит —

И мчится прочь, уже тлетворный.