Снова этот звук, высокий, на пределе,

Его не слышит никто в смятой пустой постели.

Сердце бьет в набат, сбивая тишину,

Я сам себе и враг, и пленник, сам веду эту войну

Веду с пустым местом, с тенью на стене.

Спокойствие — мираж, оно не по мне.

Часы бегут назад, ломается механизм,

И начинается этот долгий сеанс нигилизма.

Это тревога стучится в висках,

Превращая бетонные стены в прах.

Это не страх упасть, это страх — лететь,

Это желание выть и не мочь запеть.

Я как натянутый провод под током в ночи,

Тлею тихо, но ты меня не лечи.

Оставь меня здесь, на ветру одном,

С моим вечным внутренним огнем.

Я помню вкус покоя, но забыл рецепт.

В моей голове тысяча «если» и сотни «нет».