Четверг, а кажется, суббота на кону, - деревня Феодосия в плену….

Дожди от запада неспешно хороводят, а холод проникает в глубину…

Душа не сетует, не празднует обид, пусть гром и молния, и на сердце свербит

Смеётся воровская камарилья, над теми, кто по старости побит…

Не углядишь, воруют всё подряд, - на то у них с печатями подряд

И на миру, открыто деньги пилят, - от жадности глаза огнём горят…

Не даром вспоминаются года, - вода, как кровь и кровь, почти вода…

Собакам предстоит повеселиться, - печально, но ведь надо иногда!

Тридцать седьмой! - и холодеет кровь… - Семнадцатый настроен на любовь!

Однако, сколько б богу не молиться… - не обмануть Судьбу, - увы, слабо!

Четверг, а кажется, суббота на кону… - Россия задыхается в плену…

Друзья и недруги надменно хороводят, - хоронят эту бедную страну!

Грешно, однако это не впервой… - со всех сторон и плач, и стон и вой…

Придётся всем не мало потрудиться, чтобы не маяться до смерти головой!

Кого поставить, нынче, на царя? - / чтоб воровать, как прежде, втихаря… /

Ах, племя рабское, холопское-людское, живущее не праведно, за зря…

Июнь, - баланс на лезвие ножа! - от страха и от жадности дрожа…

Внутри, как и снаружи, бесов свора… - стенает, больно попой на ежа!

Война и Мир, как прежде на кону, - пора восстать за бедную страну

Предателей, как водится, к ответу… - Не посрамим седую старину! /?/