Асфальт режет резина, ветер свищет в ушах,

Сталь рычит, как зверь, распугавшая тишину.

Я — стрела, я — вихрь, обгоняющий миг,

И дорога в ладонях, и мир за спиной — не догнать.

Но в кармане дрожит телефон, голос мамы сквозь гул:

«Доедь, сынок, доезжай...» — я смахнул, не услышал, не внял.

Ангел с крыльями из бензина и пыли,

Он в зеркале заднем за мной по пятам.

Он считает километры, считает секунды,

Пока я считаю свободу своим небом и храмом.

Перекрёсток, вспышка красного, будто стоп-кадр судьбы,

Чьи-то стекла — как звёзды, разбитые пьяной рукой.

Я не видел фары, не успел отвернуть руль,

Только рёв оборвался на самой высокой ноте.

А в тишине этой странной, холодной и вдруг не моей,

Только тень его крыльев коснулась плеча, став постелью.

Ангел с крыльями из бензина и пыли,