Ямщик поскакал, но всё поглядывал на восток. Лошади бежали дружно. Ветер становился сильнее. Облачко превратилось в белую тучу, которая постепенно закрывала небо. Пошёл мелкий снег, затем хлопья. Ветер завыл, началась метель. Тёмное небо смешалось со снежным морем. Всё исчезло.

«Ну, барин, беда: буран!» — закричал ямщик.

Я выглянул из кибитки: всё было мраком и вихрем. Ветер казался живым, снег засыпал меня и Савельича. Лошади шли шагом, а вскоре остановились.

— Что же ты не едешь? — спросил я. — Да что ехать? Дороги нет, мгла кругом, — ответил ямщик.

Я стал его бранить, но Савельич заступился. Он сказал, что лучше было вернуться на постоялый двор, напиться чаю, поспать до утра, пока буря не утихнет. «И куда спешим? Добро бы на свадьбу!» — сказал Савельич. Он был прав. Делать было нечего.

Снег продолжал валить. Около кибитки поднимался сугроб. Лошади стояли, понуря голову.