Над краем сгустилась гроза, и знамёна застыли в молчанье,

Король надевал доспех, тяжёлый, как груз всех грядущих веков.

Он знал: этот бой не про славу, не про звон и не про признанье —

А про то, чтоб над домом не рухнул небосвод чужих городов.

В зале гасли огни, и тени ложились на старые фрески,

Королева стояла у окна, где ветер срывал лепестки.

Она не просила остаться, не шептала: «Не надо, не лезь-ка»,

А просто смотрела, как тает в тумане свет их далёкой реки.

Король и королева — два сердца, что бьются сквозь сталь и огонь,

Один — чтобы встретить бурю лицом, другая — держать этот дом.

Пусть рушатся стены, пусть гаснут звёзды, пусть мир почернеет до дна —

Их клятва не в золоте, не в камне, а в том, что любовь — как война:

Не знает пощады, не просит покоя, идёт до конца, до черты,

Где даже победа — лишь тень от той боли, что вынесли вы.

Он вышел во двор, где кони били копытом, предчувствуя кровь и дым,

И тихо сказал ей: «Если весть придёт, не верь ни словам, ни слезам.

Знай только одно: я шёл не за троном, не за именем и не за чужим,

А за тем, чтоб ты могла спать спокойно под этим небом, без страха и драм».