Ветер сорвал прошлогодний кленовый лист,

Взмыл он ввысь, покорный воздушной струе.

Парил, кружась, в потоках тёплого воздуха —

То пламя костра шептало ему о весне.

Сто поленьев пылали в ритуальном огне,

Даря свой жар пробудившемуся полю.

И лист, что видел прошлую осень во сне,

Плыл над огнём — как знак пробужденья, по воле.

Казалось, сам воздух был соткан из чудес,

Из шёпота трав и из птичьих напевов.

Костёр разжигал забытый, древний обряд,

А лист летел — сквозь утро сегодняшнего дня,

Встречая весну, что пришла сегодня.

Но лист не знал, что огонь приближался,

Что языки пламени могут его сжечь.

Он всё ещё верил, что мир улыбался,

И думал, что сможет сквозь искры пролететь.

А пламя росло — разливалось волною,

Тянулось к нему, словно звало с собой.

Лист мчался вперёд невесомой мечтою,