Это — секс без вазелина.

Это — сухость и скрип.

Это — в сердце песок,

а в мозгах — бетон.

Я — станок,

а он — тупой напильник,

который дерёт

по живому,

в лоск,

в хлам,

в ноль.

И когда я смотрю

на часы — шесть вечера,

я готов разорвать

этот серый блядский мир.

Но начальник, как жвачка,

прилипшая к нерву,

говорит:

«Задержись.