Когда я слышу за столом, накрытым, как кто‑то хает армию страны и возмущается с икрой, ртом набитым, хочу спросить: при чём здесь пацаны?

Когда орут, что всё… Чем обеспечить армию должны, что всю страну продали и просрали? Хочу спросить: при чём здесь пацаны?

Когда ругаются, кричат и часто спорят, и недовольны все политикой страны? Что неудобно им теперь летать на море. Хочу спросить: при чём здесь пацаны?

Когда я слышу, мол, они — солдаты, и молча родине служить должны. За это получают, мол, зарплату. А нам заботы эти не нужны. Хочу спросить всех этих недовольных, обиженных, расстроенных людей: вы знаете, что значит страшно, больно, что значит хоронить своих друзей? Вы знаете, что значит спать в окопе и ночью ждать очередной прилёт?

Засунуть бы вас на день в эту ситуацию, быть может, понимание придёт. Оставить бы на сутки вас за лентой, дав руки, сухпаёк и автомат, тогда, быть может, что‑то в жизни этой получится понять и осознать. А лучше на неделю вас закинуть в штурмы или в любой разведвзвод, чтобы по полной удалось прикинуть, как пацаны прожили целый год.

Когда мне кто‑то скажет, что солдатам мы вовсе помогать и не должны, мне хочется послать культурно матом. Ну и спросить: при чём здесь пацаны?

Когда я слышу, что не будет мира, что всех убьют, и мы обречены, трусливы и продажны командиры, хочу спросить: при чём здесь пацаны?

Когда я слышу это от мужчин, мне страшно. Но уж они‑то понимать должны: пока вы набиваете бумажник, за вас воюют эти пацаны, нас прикрывают спинами отважно и погибают эти пацаны.