В чертогах из тишины и льда,

Где не бывает ни «нет», ни «да»,

Сидит он, пряжу веков свивая,

Ни слова в утешение не роняя.

Его не слышат, не видят глаз,

Он — точка в конце, он — последний час.

Не злой, не добрый — просто закон,

Что держит мир, словно вечный сон.

Ах, костлявая рука, да не бойся, душа,

Ты и так была вечно нехороша.

Он не судит, не мстит, не хранит зла,

Только ждёт, когда кончится вся игра.

И взмахнёт, как косарь, над полосой —

Станешь ты тишиной, станешь ты росой.

Приходят к нему и царь, и раб,

И тот, кто был весел, и тот, кто слаб.

Он каждому держит свою свечу,

Я шепчу ему: «Я не хочу».