Там над травою поднялся туман, Где-то в прошлом мы, где-то там. Две тысячи двадцатый, помнишь, год? Нас разделял невидимый лед. Мы встретились взглядами в той толпе, Но ты не подошел тогда ко мне. Года летели, как немое кино, Прикоснуться друг к другу нам не суждено.

А над травою поднялся туман, Где-то в прошлом мы, где-то там. Но 13 марта, в тот самый день, Пала меж нами чужая тень. Мы прикоснулись, и мир задрожал, Нашу историю он развязал. Притирались, ругались, сходили с ума, Но это была не зима, а весна.

Мы сьезжались, делили постель и быт, Каждый был упрям, каждый был сердит. Кричали в стены, сжигали мосты, Но без друг друга — пустые листы. Июльское солнце, двадцать четвертое число, Полгода с нашей встречи прошло. Мы поняли там, на исходе дня: Жить в этом мире — не друг без друга нельзя.

Дали видали мы, не-не гадали, Что вдруг с тобой мы так близко стали. Звёзды бездонны, мы под ними бездомны, И больше не будем ходить, как бездомные.

А над травою поднялся туман, Где-то в прошлом мы, где-то там. И 13 марта, в тот самый день, Пала меж нами чужая тень. Мы прикоснулись, и мир задрожал, Нашу историю он развязал. Притирались, ругались, сходили с ума, Но это была не зима, а весна.

Второе сентября. Белый шум. Мы подали в ЗАГС, развеяв дым дум. Там над травою поднялся туман... Где-то в прошлом мы... Где-то там... Но теперь навсегда. Навсегда. Навсегда. (Дата в паспорте — 13.03, 24.07, 02.09)