Привет-привет, моя небесноокая,пишу тебе из очень дальних мест.

Зима здесь поразительно жестокая:

она не убаюкивает - ест.

И света здесь дневного не допросишься.

Свеча и лампа - компаньоны мы.

Меня ты провожала с редкой проседью -

вернусь, как настоящий сын зимы.

Недавно предпоследние отчалили.

Я тоже ожидаю свой черед.

В минуты невозможного отчаянья

тоска в свои объятия берет,

сжимается на шее душной теменью

и давит, что ни зги не увидать.

Без света, как обычное растение,

я тоже начинаю увядать…

Тогда в карман нагрудный лезу сразу я,

а там - твой зацелованный портрет.

Смотрю в твои глаза, голубоглазая,

и - свет.