Папа,ты был не про сказки а про дело и труд,Даже если строгий взгляд я знал,ты меня бережёшь тут.Помню, как под домом курил, а я стоял в тени,А потом ремень свистел и в горле ком, и слёзы внутри.Ты тогда не подбирал мягких слов, не прятал правду в тень,Но сейчас я понимаю: ты учил держать любой день.Ты строил дома камень к камню, ровно, на века,И меня учил не сдаваться, если жизнь бьёт свысока.Зелёный цвет любил Он про рост, про путь, про свет,Ты оставлял во мне этот тихий, надёжный след.А дома всё было иначе там ты становился другим Мама звала тебя Рудольфом, щекотала и ты хохотал, как мальчишка, молодым.Этот смех, такой громкий, живой, разгонял любую тучу,Он был сильнее всех бурь, что кружились над нашей крышей.И посреди всей строгости, всех нельзя и не смей,Был Киндер за три пятьдесят как маленький, но важный трофей.Не награда за послушность, а знак Я тебя вижу, сын,Даже если сейчас я строгий, даже если неласковый на вид.теперь я сам всё это понимаю, без лишних красивых фраз:Ты не просто ругал ты берег меня от беды каждый раз.Ты строил дома камень к камню, ровно, на века,И меня учил не сдаваться, если жизнь бьёт свысока.Зелёный цвет любил он про рост, про путь, про свет,Ты оставлял во мне этот тихий, надёжный след.Спасибо, что ты был, что ты есть, что ты рядом, хоть и не здесь,Я храню твой смех и твой взгляд, и твой непростой, честный вес.Спасибо за труд, за уроки, за Киндер, за правду без прикрас,Я люблю тебя, папа. И это навсегда.